«Fan ID скорее не отразится на фан-движении, чем убьет его». Писатель Лекух – о новом законе и «Спартаке»

Дмитрий Лекух, писатель и бывший активный участник фанатского движения «Спартака», в интервью Metaratings.ru выразил свое мнение относительно принятия Закона о «паспорте болельщика» (Fan ID), который вступит в силу с 1 июня 2022 года.

Известный прозаик, предприниматель и журналист рассказал, какие меры контроля фанатов предпринимают власти ведущих европейских стран, почему не видит смысла во введении Fan ID и не считает, что закон серьезно ударит по фанатскому движению, предположил, что стало причиной массового задержания фанатов ЦСКА после матча с «Зенитом», а также прокомментировал последние изменения в своем любимом клубе – московском «Спартаке».

Дмитрий Лекух
Дмитрий Лекух

– Какая у вас позиция по введению закона о Fan ID? Как думаете, к чему это приведет?

– Здесь все предельно просто. Я не раз говорил: мне как фанату это не очень нравится. Но также понимаю, что это неизбежность, и не имеет смысла плевать против ветра. Это не российский тренд, а общемировой и общеевропейский, заданный еще в Англии во времена Маргарет Тэтчер и сейчас постепенно распространяющийся повсюду. Это из той же серии, что и камеры на стадионах, к вопросу о персонификации наказания.

Я относился к той категории фанатов, которые подобного рода проблемы решали вне территории стадиона.

Вообще, не могу сказать, что я большой любитель, прошу прощения, «хачикстайла» с файерами и прочей красотой. Я все-таки олдскульный человек. Команду надо поддерживать голосом и руками. Проблемы решаются, для этого есть масса парков и скверов нашей замечательной столицы, да и других городов России и Европы. У меня отношение к Fan ID скорее спокойное. Естественно, онтологически не нравится, но, с другой стороны, я прекрасно понимаю, что никуда от этого не деться, и воевать с этим смысла не вижу ни малейшего.

– Это в первую очередь не наше ноу-хау? На чемпионат мира 2018 года, например, не пускали по политическим мотивам. Участвовал в митинге за Навального – Fan ID аннулировали. 25 лет назад дрался или был рядом – тоже аннулировали.

– Не надо переоценивать наши органы, особенно полицейские. Скорее, был замечен в каких-то массовых беспорядках, не важно, политических или нет, был замешан в какой-то уличной активности – до свидания. Так действуют все уважающие себя полиции.

Я был не на одном чемпионате мира и Европы: в Германии, в Австрии и в Португалии было то же самое. Когда во Франции подобную ситуацию отпустили, все помнят, чем она закончилась. Поэтому это далеко не наше изобретение, и нашу полицию переоценивать не нужно. В Англии с 80-х годов просто абонементы без предъявления документа, удостоверяющего личность, не купишь, и с места на место не перейдешь на любом стадионе страны. По крайней мере, в Премьер-лиге. Даже гостевой билет покупаешь при предъявлении документа.

– Тогда зачем Fan ID, если есть паспорта?

– Здесь у меня тоже есть вопросы. Но они, скорее, к контролю организации системы учета. Здесь мы тоже видим путь наименьшего сопротивления. Идея Fan ID действительно хорошо отработала во время чемпионата мира в России, не только распространяясь на русских, но и на приезжих болельщиков. Она показалась удобной, и вот пытаются ее перенести на внутреннее первенство. Это вопрос давний и глобальный, и реализовывать его можно по-разному. В Италии, Англии, Испании и теперь у нас пытаются это сделать по-своему. К сожалению, это общемировой тренд.

Что такое фанат? Это улица, и она всегда непредсказуема. Улицы крупного мегаполиса и любого белого европейского города никогда сильно не контролировались. Причем не важно, кто по этим улицам ходит. От дворника до академика. И не только в нашей стране. Поверьте, я объездил сектора очень многих стадионов мира – там то же самое. Лично знаю хулиганов «Челси», которые мультимиллионеры как минимум, и им наглухо запрещен вход на стадион в ближайшие 50 лет.

Жизнь всегда сложнее любых предписаний и любых организационных схем. Это общественно-внутренние движения, которые, как любые противоречия и конфликты, были и будут всегда. Общество через государство заинтересовано как можно жестче зажать фанатскую массу и как можно четче ее контролировать. Хотим мы этого или нет, это так. Нормальный социальный процесс, не политический, а свойственный любой улице любого европейского более-менее крупного города. Особенно если там есть футбольная команда.

– Fan ID приняли на фоне разговоров о том, что творят фанаты…

– Мне как человеку с опытом политического и экономического журналиста и в прошлом профессионального управленца кажется, что основная проблема Fan ID не в том, что он плох, а в том, что он скорее всего будет бесполезен. От него вокруг больше шума, чем пользы.

Fan ID

– Почему?

– Потому что те же самые абонементы можно продавать индивидуально и по паспортам. Эти вопросы решаются куда проще при помощи действующих документов, удостоверявших личность. Вопросы с наказанными людьми, которые не могут посещать футбол, тоже решаются очень просто. Есть английский опыт, который мне не очень нравится, но применяется очень просто. Человек во время футбольного матча просто приходит смотреть этот футбол в свой полицейский участок. Для него специальная комната, можешь сидеть и смотреть. Не нужно множить сущности.

Показался опыт успешным, теперь пытаются тиражировать его каким-то образом. Но я не вижу политической подоплёки в этом решении. Это просто нормальная работа бюрократической системы. Она устроена так, что, если был удачный опыт, его надо обязательно тиражировать. Но это один из инструментов, его значение несколько преувеличено. Поэтому я отношусь к нему совершенно спокойно.

– На ваш взгляд, решение о Fan ID может если не убить, то покалечить участников фанатского движения?

– Нет, абсолютно. Во-первых, все по-настоящему серьезные бригады давно не решают свои вопросы на стадионах. Это связано не с Fan ID, а с внутренними договоренностями, уходом полиции с трибун и приходом туда стюардов и многими другими вещами, которые просто соблюдаются. Это сложная многоступенчатая работа.

Та часть активных фанатов, которая это не принимает – это креативные фанаты, «тру» болельщики, нечто среднее между продвинутыми саппортерами и ультрас. Ни в коем случае не осуждаю, но мне лично не нравится этот «хачикстайл» с файерами, пиротехникой и прочим дерьмом. На фанатском сленге понятно, что означает дерьмо.

Мне это не нравится, но в то же время я понимаю, что ребята тоже имеют право на попытку реализации собственных прав, и это нормальный процесс. В то же время надо очень четко понимать, что голос этой шумной и креативной прослойки в фан-движении не является определяющим. Серьезные люди и серьезные фирмы остались на секторах, но приходят туда поболеть, пошизить и посмотреть футбол, а все вопросы они решают в совершенно других местах. Посмотрите боевые сводки полицейских участков и все поймете. Поэтому Fan ID вряд ли как-то убьет фанатское движение. Скорее, наоборот, никак на нем не отразится.

Леонид Федун
Леонид Федун

– А если это коснется лично вас? Например, вы попросите Fan ID, а вам скажут, что лет 30 назад вы участвовали в околофутбольных делах и поэтому не дадут вам паспорт болельщика.

– Со мной все значительно проще, я в свое время принял жесткое решение не ходить на стадион. Это связано с моим внутренним неприятием того, что творится в моем любимом «Спартаке» уже много-много лет. Поэтому я ничего не потеряю.

Но я понимаю ваш вопрос, да, это будет неприятно. Знаю таких ребят, которых это напрямую коснулось на чемпионате мира. Надо решать конкретные случаи, но протестовать против тренда, при всех политических противоречиях, свойственно всем крупным городам старой Европы. Это общий тренд, и к нему надо приспосабливаться, если ты разумный человек. Нет большой доблести попасть в обезьянник и там сидеть. И репутации это не приносит. Ты реши свои вопросы, чтобы туда не попадать. Это вечная игра и вечное противостояние.

– Можете назвать условия, при которых вернетесь на стадион?

– Возвращение идей «Спартака». И это уже, мне кажется, начало происходить. Прекращение достаточно подловатой работы с активными болельщиками. Когда начали движ раздирать, реализуя агентские и коммерческие интересы в угоду одному тренеру или менеджеру. Начали раздирать само движение. Но это связано только со «Спартаком», на сборную я продолжаю ходить. Это мой личный внутренний протест. Я его никому не заявлял, просто я понял, что это неприятно.

– Я правильно понимаю, что дело не в Федуне?

– Как-то у меня было большое интервью для газеты «Взгляд». Они его назвали, выдернув фразу, «Мне жалко Федуна». Мне действительно жалко его. Видно, что он старается и платит свои деньги, но просто человек не на своем месте. Я сам в прошлом достаточно крупный бизнес-менеджер и понимаю, что так бывает. Слова дурного про Леонида Арнольдовича, особенно после того, как он нам стадион построил такой, язык не повернется сказать.

Почему ему не удается выстроить грамотную систему управления – наверное, это связано с какими-то личными качествами собственников. Люди из больших корпоративных структур, а там другие законы управления. Там по-другому выстраивается бизнес. Все-таки в футболе слишком много от шоу-бизнеса, к сожалению. Имею в виду, в околофутбольном бизнесе.

Там другие законы, понятия. Скорее всего, он не то что в них не ориентируется, но они чужды его психотипу. К этому надо приспосабливаться. Может быть, что-то изменится с приходом Хачатурянца в лигу. Эти мужики по крайней мере более-менее на одной волне. Я так понимаю, что он честно старается построить хороший бизнес вокруг «Спартака», но вот не получается.

– То, что происходило на матче ЦСКА и «Зенита» – это провокация, спланированная акция или просто стечение обстоятельств из-за скорого введения Fan ID?

– Есть такая книжка – «Воронья слободка». Она могла бы сгореть, если только ее одновременно поджигают со всех концов. Я подозреваю, что там внутренний конфликт между клубом и фанатами. Но это мои подозрения. Просто мой «Спартак» слишком долго жил в таких же условиях. Основная причина лежит где-то там.

А вот кто уже подтащил под решение этой проблемы правоохранительные органы и почему они таким образом несколько превысили полномочия – это второй вопрос. Не хочу комментировать, это не мой клуб. Полагаю, там большой конфликт спецотделов полиции тоже с кем-то.

Там провокация шла со всех сторон. Этого, скорее, хотели все. Точно такие же события, как летом с арестом поезда «Спартака», когда приехали провожать. Это, к счастью, исключение. Здесь нужно крепко разобраться со всеми ребятами, которые провоцируют, в том числе и ребятами в погонах. Извините, сейчас говорю как политический журналист. Потому что есть негласные социальные договоры между фанатским движем и властью, и их нельзя нарушать.

– Эти негласные договоры между фанатским движением и властью были нарушены?

– Не просто так уходили болельщики всех команд, включая «Зенит». Там речь идёт о вещах гораздо более глубоких, чем один матч. Фанат – не преступник. Он не хочет, чтобы к нему так относились, не хочет, чтобы к нему применялась презумпция виновности просто потому, что он фанат. Это вне зависимости от цветов.

Также и с любым другим человеком. Обычный болельщик тоже не хочет, чтобы к нему заведомо относились как к преступнику. Это важная история, но не разрушение договора. Пока это единичные факты, но как тенденция мне это не понравилось.

Фанаты ЦСКА на матче с «Зенитом»
Фанаты ЦСКА на матче с «Зенитом»

– Вы как политический журналист как оцените боязнь фанатов, что их могут ограничить в такой деятельности, как, например, на Манежной площади, где в 2010 году произошли беспорядки после убийства фаната «Спартака» Егора Свиридова?

– Это было на моей памяти и при моём участии. На начальном этапе даже участвовал в переговорах в верхних эшелонах. Тогда не шла речь о политике, всё было страшнее. Подорвать может не политический конфликт, а социальный. Вокруг истории Егора был социальный конфликт. Но мы все ходим по улицам и знаем, что на них убивают. Проблема тогда была в том, что тех людей отпустили. Это значило, что случился разрыв социального пакта между обществом и государством. Посыл был простой: нас нельзя убивать безнаказанно. Тогда это выплеснулось, но было быстро купировано.

У нас так сложилось в стране, что фанаты скорее ближе к правой идеологии, но при этом находятся вне политики. Нет партии ЦСКА, «Спартака», «Зенита». Мы сами по себе заводные и пассионарные, но мы не будем бить морду друг другу за то, что один либерал, а другой «путиноид». Глупо же. Фанаты внутри себя, никто специально не договаривался. Поэтому и власть-то успокоилась, заключили социальный пакт. Ну а сейчас люди пытаются, видимо, его пересмотреть.

Я думаю, что это рабочий процесс. К сожалению, невозможно общество, в которой нет такой стороны проявления. Фанат – не преступник. Они не за гранью, но на грани. Не бывает мегаполисов с полной зоной тишины. Где-то есть околофутбол, а есть страны с бандами Нью-Йорка, которые живут по другим принципам. Это часть социальной архитектуры, от этого никуда не деться. Не стоит так вести политику, потому что будет как в Италии, когда люди режут друг друга ножами не только за то, что люди болеют за разные клубы, а за то, что одни – левые, другие – правые.

– Какие у вас мысли по смене Витории на Ваноли?

– Мне Витория не понравился как тренер, так я и не понял, что он пытался построить. Но для меня это непонятное решение. Ты берёшь человека с именем. Прекрасно понятно, что за полгода команду не построить, особенно из-за того, что он исповедует совсем другой стиль игры. Зачем ты его тогда брал? Чтобы компенсацию заплатить?

Что касается Ваноли, мне импонирует итальянский футбол, нравится футбольная математика. Радует его карьера, но смущает, что он никогда не был первым номером в серьёзном клубе или сборной. Поэтому куча вопросов, на которых у меня нет ответов. Я просто смотрю и офигеваю от происходящего.

– К чему это приведет в текущем сезоне?

– Если сейчас уже подписан договор, а скаут «ПСЖ» Каттани заходит в роли спортивного директора, то выстраивается понятная вертикаль. Рад, что появляется человек, который может заняться нормальным управлением. То, что происходило в последние полгода, показывает, что команда совсем не управлялась. Я не знаю, кто там работал с судейским корпусом. Я не про какие-то незаконные договорённости, но с ними просто нужно общаться. Такая спортивная вертикаль отсутствовала. Имею ввиду, что после Попова такой вертикали не стало.

Паоло Ваноли и гендиректор «Спартака» Евгений Мележиков
Паоло Ваноли и гендиректор «Спартака» Евгений Мележиков

– На покупки рассчитываете?

– Есть понимание, что, скорее всего, ждём зимой покупки и, возможно, серьёзные. Иначе не стоило городить огороды, если будет тот же состав. Прогноз благоприятный, несмотря ни на что. Наконец-то появляется спортивный директор, появятся покупки и продажи. Я очень люблю молодых пацанов: Игнатова, Умярова. Но понятно, что они сейчас должны выходить на подмену и не все вместе. Они отличные ребята, наше будущее. У них есть шансы вырасти в звёзд европейского уровня, но их надо подводить, выпускать на замену. А у Витории даже не было другого выхода.

– Есть уже скептики Ваноли, которые не понимают, как в «Спартак» можно сейчас везти человека без опыта. Разделяете эту позицию?

– Скорее да, чем нет. Он может выстрелить как Каррера. Кстати, логика как с Fan ID: один раз выстрелило, почему бы не повторить. Логика понятная, потому что у нас на высоких позициях сидят твердожопые мужики.

Если берёшь иностранца, то бери нормального и с понятной системой. Приглашение условного Конте или Индзаги было бы понятно. Здесь же есть вопросы. Похожие ноунеймы и даже с большим опытом есть у нас на глазах. Талалаев есть в Грозном. Знакомый парень с понятной концепцией. Если тебе нужен итальянец, то вот есть человек с похожей стилистикой. Но нынешний клуб «Спартак» полон загадок. Там принимают решения не очень понятные. Я продолжаю за него болеть, но у самого тоже крыша течёт от непонимания, что там происходит.

Комментарии
Нет комментариев. Будьте первым!

Девушки в спорте