«Мой и нынешний «Зенит» не сравнить – это земля и небо»: Вьештица вспомнил, как отыграл 12 лет в России

Милан Вьештица стал одним из первых легионеров в России и запомнился болельщикам целого ряда российских команд: «Зенита», «Ростова», «Шинника», «Урала» и даже сочинской «Жемчужины». Приехав в Россию в 2002 году, он покинул страну надолго только в 2014-м, параллельно завершив карьеру футболиста после игры за петербургское «Динамо».

Милан Вьештица. Фото: ФК Зенит
Милан Вьештица. Фото: ФК Зенит

Серб в свое время был не только одним из лучших защитников лиги, выступая за молодой и дерзкий «Зенит» но и стал своим парнем для российских игроков, получил высшее образование в Петербурге и в общей сложности провел почти треть жизни в России. В эксклюзивном интервью Metaratings.ru Милан рассказал:

  • почему выбрал «Зенит» вместо Бундеслиги;
  • из-за чего российские игроки не едут в Европу;
  • чем хорош президент «Урала» Григорий Иванов;
  • когда в весенней ФНЛ заканчивались драки на поле и начинался футбол;
  • почему период в «Жемчужине» оказался худшим в его карьере.

— Милан, расскажите, чем вы сейчас занимаетесь? После завершения карьеры вы нечасто общались с прессой. Вы недолго поработали в Саудовской Аравии, а сейчас вернулись в сербский футбол.

— Последний год я работаю в штабе Ненада Лалатовича в сербском клубе «Раднички» из города Ниш. Изначально занимался агентской деятельностью, но затем решил войти в тренерские воды. Надеюсь, что задержусь в роли тренера надолго. Все предыдущие дела пришлось оставить ради этого. Тренерская лицензия у меня уже есть.

— Удается ли следить за Российской Премьер-Лигой? За кого-то переживаете?

— Конечно! Я в первую очередь поддерживаю «Зенит», в котором отыграл несколько прекрасных лет. Слежу и за «Ростовом», и за «Уралом», но «Зенит», естественно, на первом месте.

— Когда в предыдущий раз бывали в России?

— Еще до пандемии, был в Екатеринбурге. Тогда же и увидел впервые новый стадион. К сожалению, саму арену так и не удалось посетить, так как я был там всего один день, и тот посвятил делам. Но в целом мне нравится, что в России сейчас так много отличных стадионов. Увы, и «Газпром Арену» я тоже не увидел, так как в Петербурге последний раз я был много лет назад.

— Вы были или одним из первых легионеров в России, если не считать постсоветское пространство. Какие были первые впечатления от России в целом, уровня чемпионата, Санкт-Петербурга?

— Действительно, я был одним из первых легионеров из Дальнего зарубежья. Когда я переходил в «Зенит», клуб только развивался. Сейчас это небо и земля, конечно. Нынешние команды просто нельзя сравнивать – ни по инфраструктуре, ни по финансам.

Что касается России в целом, мне всегда все нравилось. Первый год, конечно, был сложным. Адаптация не давалась легко, тем более что мне было всего 22 года. Помню, было очень холодно (смеется)! Но я правда довольно быстро ко всему привык. Я провел в России свои лучшие годы – с 22 до 35 лет. Можно сказать, что я на одну треть русский! Я люблю Россию и всегда с радостью туда возвращаюсь. Надеюсь, что благодаря тренерской работе я буду чаще бывать там.

— Какие еще команды вами интересовались? Знаю, что были предложения из Европы.

— Помню, что было действительно много предложений. Тем более что сезон 2001/02 в «Воеводине» я провел действительно очень хорошо. Когда я выбрал Россию, все крестились (смеется). Россия тогда не была такой привлекательной для легионеров.

Помню, мной интересовались немецкие команды, но конкретное предложение поступило только от «Зенита». Я, конечно же, согласился. Тогдашним спортивным директором «Воеводины» был Мирослав Таньга. Он, помню, был очень не доволен моим выбором. Он считал, что я должен был отправиться в Европу. Но в итоге я в России провел 12 лет с небольшим перерывом.

— Как вас приняли в Петербурге? Насколько мне известно, тогда у футболистов в России были большие проблемы с языковым барьером, чем сейчас. Удалось ли быстро влиться в коллектив?

— Проблемы были с переводчиками, потому что их тогда не было в принципе! Но не могу жаловаться – русский язык нам, сербам, близок. Я поначалу не мог говорить, но многое понимал. Футбольную терминологию я выучил очень быстро, что-то запоминал прямо на поле. К тому же, со мной тогда выступал Предраг Ранджелович, который уже год как играл России. Так что он сыграл большую роль во время периода адаптации. Но он покинул клуб до начала моего второго сезона в «Зените», поэтому мне пришлось учить язык.

— С вами в «Зените» тогда вместе с Ранджеловичем играл еще Владимир Мудринич. Что помешало им обоим построить такую же успешную карьеру, как у вас?

— Тогдашний «Зенит» был очень быстрой командой. Мудриничу не повезло, а Ранджелович, кстати, к тому моменту был звездой. Он успел поиграть в «Анжи», затем в ЦСКА, где за полсезона забил около 10 голов. Но они оба не смогли себя тогда проявить из-за отсутствия скорости.

У нас были быстрые фланговые игроки, очень скоростные форварды. Ранджелович был очень опасным в штрафной, но во время моего пребывания в клубе «Зенит» делал ставку на скорость. К тому же, тогда уже были Кержаков с Аршавиным, начали проявлять себя молодые российские игроки – Денисов, Быстров и другие, которые в итоге стали незаменимыми в сборной. К сожалению, и Мудринич, и Ранджелович не вписались в систему того «Зенита».

Милан Вьештица (слева)
Милан Вьештица (слева)

— Как сложились отношения с Кержаковым, Аршавиным, Быстровым, Денисовым, Малафеевым? Общаетесь ли до сих пор?

— К сожалению, мы практически не общаемся. Но мы периодически видимся на сборах и на некоторых мероприятиях. Аршавин сейчас работает в «Зените» и, надеюсь, станет спортивным директором. Кержаков – тренер. Анюков – в тренерском штабе. Чем занимаются Денисов и Быстров, я не знаю, но большинство моих бывших одноклубников остались в футболе, из-за чего мы можем иногда видеться. Мы провели много лет вместе, поэтому я всегда рад, когда удается встретиться с бывшими напарниками по команде.

— Когда вы играли в «Зените», в клубе не было так много легионеров – в основном игроки из бывшей Югославии, чехи и словаки. Какая царила атмосфера в клубе? Многие говорят, что это была «команда с душой». Про нынешний состав так уже не говорят.

— Это правда. Мы тогда играли в очень «веселый» футбол. В 2003 году мы заняли второе место в чемпионате. Никто не ожидал от нас такого результата. У нас было много молодых и талантливых игроков, которые затем стали основными в «Зените» и сборной. Мы играли в свое удовольствие и еще добились отличного результата. Это один из сезонов, которые помнишь всю жизнь.

— Аршавин и Кержаков в итоге уехали в Европу. Были ли у вас предложения из европейских чемпионатов во время пребывания в России?

— Конечно. Были предложения, но всегда не хватало какой-то конкретики. Добавлю, что после перехода в «Зенит» у меня никогда не было агента. Все детали переходов в другие российские клубы я решал сам. Спустя некоторое время я даже перестал думать, что могу покинуть Россию. Я к тому моменту уже привык ко всему, меня все устраивало.

В «Зените» я был четыре года, в «Ростове» два с половиной, в «Шиннике» тоже два с половиной года. Куда бы я ни переходил, я хотел отработать свой контракт, а не метаться из клуба в клуб. Может быть, я так и не уехал, потому что у меня не было агента (смеется). Сейчас, если оглядываться назад, менеджер бы не помешал, но я не жалуюсь. Все сложилось хорошо.

— Вы также играли с Мартином Шкртелом, одним из самых брутальных защитников. Каково было играть с ним бок о бок?

— Когда он перешел в «Зенит», он еще не был таким. Мартин был еще «зеленый». Он же пришел не в качестве игрока основы, а на перспективу. Но в итоге Шкртел довольно быстро начал показывать характер и рубиться. В конце концов, у него сложилась потрясающая карьера. Но в первое время ставка делалась на меня, Хагена и Крижанаца.

— Были ли конфликты между игроками? Ходят слухи, что раздевалка делилась на россиян и легионеров из-за зарплат.

— Насколько мне известно, такого не было. По крайней мере, при мне. Во время игры за «Зенит» у нас всегда был дружный коллектив, мы все играли и боролись друг за друга. Это видно и по нашим результатам. После моего ухода я слышал, что были какие-то скандалы, но я никогда в них не участвовал. Когда я играл, все исчислялось тысячами. Когда я ушел, зарплаты исчислялись миллионами (смеется).

— Сейчас не так много российских игроков выступает в Европе. Многие просто не хотят туда ехать. Как думаете, почему? Дело только в деньгах или многие боятся не адаптироваться в другой стране, особенно после перехода Кокорина?

— В России всегда были большие зарплаты. Игроки в РПЛ заработали такие деньги, которые бы они точно не смогли получить в Европе. К тому же, каждому нравится играть дома, перед своей публикой. Сколько было российских игроков, которые сделали себе имя в Европе? Мало. Особенно после 2005-2006 годов. Тогда в российский футбол пришли большие деньги и необходимость ехать за границу, что-то там доказывать, просто отпала.

Никакая «Фиорентина» не готова платить такие зарплаты. Больше, может быть, зарабатывал только Аршавин в «Арсенале». Если ты получаешь три-четыре миллиона евро в России, то какой смысл покидать родной дом? Ты играешь у себя дома, здесь семья. Это главные причины, почему так мало российских игроков играло в Европе. Я смотрю со своей стороны: если бы я в Сербии получал такие деньги, то я бы сам никуда не уехал.

Милан Вьештица против Андрея Аршавина
Милан Вьештица против Андрея Аршавина

— Во время вашей игры в России в чемпионате было много качественных нападающих. Против кого было сложнее всего играть?

— Ой, это очень сложный вопрос! Тогда и вправду было очень много хороших форвардов. Выделю, наверное, Вагенра Лава. Были еще Дерлей, Коллер… Среди российских игроков выделю Павлюченко. Я могу долго перечислять, но суть одна – тогда чемпионат был действительно очень качественным. Было много денег, а когда есть деньги – есть качественные игроки.

— Несмотря на очень яркую команду, в «Зените» за четыре года вы стали лишь серебряными призерами чемпионата в 2003 году. Чего не хватало той команде, чтобы выиграть больше медалей и трофеев?

— Мы заняли второе место в 2003 году, до этого клуб лишь один раз был тройке. У «Зенита» не было никаких трофеев после распада СССР. Спустя год-два моего пребывания в команде «Зенит» начал трансформироваться в нынешний клуб. Этот процесс занял время, но затем у клуба появились деньги, а затем и качественные игроки. Но этот период трансформации того стоил: «Зенит» выиграл множество трофеев, включая Кубок УЕФА и Суперкубок УЕФА. На сегодняшний день у клуба нет конкурентов.

— Почему вы покинули «Зенит» и как оказались в «Ростове»? Была ли возможность остаться в Петербурге?

— У меня заканчивался контракт с «Зенитом», и я подписал новый, сроком на три года. В ноябре 2005-го я продлил соглашение, но затем в мае 2006-го Дик Адвокат решил выставить несколько легионеров на трансфер. Я этого, честно говоря, не понял. Поэтому решил уйти в аренду в «Ростов», который затем выкупил мой контракт. Тогда в клуб пришел тренер с именем, «Зенит» начал подписывать сильных игроков, пошли первые успехи… Мне хотелось остаться и поработать с ними, но не сложилось. Таким образом закончилась моя эпоха в «Зените».

— Йован Танасиевич говорил, что вы отлично провели время в «Ростове», хотя команда не показывала свой лучший футбол. Чем запомнился тот период?

— Во-первых, у нас была неплохая команда, которая показывала не самый плохой футбол. Во-вторых, это климат! В Ростове так же хорошо, как в Сербии (смеется). Всегда светит солнце, нет снега, особенно после Петербурга. Всем легионерам Ростов-на-Дону запомнился именно этим. «Ростов» был крепким середняком, который всегда мог дать отпор любому клубу. Это нам и нравилось.

— В 2007 году в Ростове собралась настоящая сербская банда: вы, Пьянович, Надь, Краль, Крушчич. Однако «Ростов» занял последнее место и вылетел из РФПЛ. Как так вышло?

— Пьянович уехал чуть раньше, но нас и правда было очень много в «Ростове». Но как же нам тогда не везло! У нас было 14-15 ничьих в сезоне. Мы теряли очки в матчах, которые должны были выигрывать. А когда у вас 15 ничьих в сезоне… Мы до последнего боролись за выживание, но, к сожалению, не вышло. Я до сих пор не могу объяснить, как так получилось.

— После ухода из «Ростова» вы довольно быстро нашли новый клуб – «Партизан», с которым за полгода выиграли «Золотой дубль», а затем вновь вернулись в Россию. На этот раз в «Шинник». Почему приняли такое решение, учитывая, что могли играть еврокубки с «Партизаном»?

— У меня было предложение от «Шинника» еще до варианта с «Партизаном». Но тогда у клуба начались проблемы, был арестован президент команды, никто не понимал, будет ли финансирование или нет… Тогда на горизонте появился «Партизан». Но в белградской команде я получил серьезную травму и не играл около трех месяцев. В «Партизане» были не очень мной довольны, а вот «Шинник» со мной снова связался, и я перешел в этот клуб.

Милан Вьештица
Милан Вьештица

— В 2008 году «Шинник» вылетел из РПЛ и не смог вернуться в высший дивизион. Чем запомнилась Первая лига?

— В те времена даже в ФНЛ были хорошие финансовые условия. Лига была конкурентная как раз благодаря хорошему финансированию. А если говорить, например, про поля, то они были ужасны и в РПЛ, и в ФНЛ. В марте-апреле это было нельзя назвать футболом – какое-то месиво на поле. Из-за погоды у большинства команд не было газона.

Футбол начинался только в конце апреля – начале мая, до этого были сплошные драки на поле. О красивой игре не шло и речи. Но финансовые возможности были на уровне. Я же в России выступал еще и за «Жемчужину» из Сочи, которая, например, тогда могла себе позволить покупать игроков у пражской «Спарты», выплачивая по миллиону долларов в качестве отступных. Так что в ФНЛ было неплохо.

— У «Жемчужины» потом возникли финансовые проблемы, плюс у вас был разрыв связок. Это самый тяжелый период в карьере?

— Однозначно. «Жемчужина» была перспективным проектом, о котором многие в России говорили. Город готовился к Олимпиаде, поэтому планировалось создать конкурентную команду. В составе тогда было 80% игроков с опытом выступлений в РПЛ. У команды были все условия, чтобы пробиться в высший дивизион. Бюджет точно был на уровне РПЛ.

Но спустя три-четыре месяца случилось неожиданное… Помню, в мае я порвал кресты, а уже первого августа клуб был расформирован. Почему так вышло, я не знаю. Но проект, который строился несколько лет, закрылся за несколько месяцев. Хочется забыть этот год, на самом деле. Самый тяжелый период в карьере.

— Как вам нынешняя команда «Сочи»? Ожидали, что Сочи станет футбольным городом?

— Честно говоря, ничего не ожидал от «Сочи». После «Жемчужины» многие клубы были так же расформированы или опускались в низшие лиги: «Сатурн», «Москва», «Торпедо»… Так что даже не думал о «Сочи». Да, я вижу, что сейчас это отличная команда. Видимо, сейчас у них есть все условия для достижения таких результатов. Я могу лишь порадоваться за них.

— После «Жемчужины» вы провели сезон в «Урале», с которым вышли в РПЛ. Вы остались в отличных отношениях с президентом с Григорием Ивановым. Каково было работать с ним?

— «Урал» для меня самый дорогой клуб после «Зенита». Мы до сих пор отлично ладим с Григорием Викторовичем. Этот клуб отличается тем, что люди там всегда держат слово. Иванов очень темпераментный, но он обожает свой город, клуб и отдает себя «Уралу» на 200%. Если вы о чем-то договорились, то можешь уже не переживать на этот счет. Иванов лично следит за всем.

Обидно лишь, что «Урал» так и не сделал шаг вперед и продолжает каждый сезон бороться за выживание. Пора команде бороться за более высокие места. Сейчас у них новый тренер, новые игроки… Есть все шансы бороться не только за прописку в РПЛ. Екатеринбург заслуживает сильную команду в высшем дивизионе.

Милан Вьештица
Милан Вьештица

— Ваш путь в России начался с Санкт-Петербурга, в Северной столице он и закончился. Вашим последним клубом было «Динамо» Санкт-Петербург, где вы быстро стали капитаном. Каково было снова играть в Петербурге спустя столько лет?

— Мы тогда играли рядом с «Петровским» на искусственном поле… Если бы мне кто-то сказал, что я закончу карьеру в «Динамо» Санкт-Петербург, я бы не поверил. Но тренером команды был Павел Гусев, работавший до этого в «Урале». Он и попросил меня прийти и помочь команде остаться в ФНЛ. Мы обсудили этот трансфер с Григорием Ивановым, учитывая, что у меня оставалось всего полгода по контракту. Он сказал: «Поступай, как считаешь нужным, но давай поможем Пантелеевичу». Я пошел им навстречу. Тем более что новый тренер «Урала» Александр Тарханов сказал между строк, что не рассчитывает на меня.

К тому же мне еще со времен выступления за «Зенит» осталось сдать всего несколько экзаменов, чтобы закончить факультет физической культуры. В итоге я закончил университет и помог клубу остаться в ФНЛ. Все сложилось удачно.

— Не было ли желания под конец карьеры вернуться на родину?

— У меня были предложения из России после «Динамо». Не из Премьер-Лиги, но я мог продолжить играть в ФНЛ. В итоге я решил вернуться в Сербию по семейным обстоятельствам. Как-никак, я почти не был дома 12 лет. Многие сербские клубы меня приглашали, но я решил закончить карьеру. Может быть, это была ошибка. Но тогда я точно думал, что больше не хочу играть. Если бы я остался в России, то продолжил бы карьеру. Играть в Сербии не было приоритетной опцией.

— Вы провели в России 12 лет и застали лучшие времена. Как думаете, насколько слабее стала лига по сравнению с началом 2000-х?

— Не могу сравнивать. Раньше было очень много качественных и российских, и иностранных футболистов. Зырянов, Аршавин, Кержаков… Не буду всех перечислять, но многие из них были на пике карьеры, когда я играл в России. Легионеры тоже были на уровне: многочисленные португальцы, Халк…

Тогда было очень много достойных футболистов. В последнее время пандемия, отъезд легионеров и нынешняя ситуация повлияли на уровень футбола. Надеюсь, что в ближайшее время чемпионат России вновь станет таким же сильным, каким был раньше.

— Кого вы можете назвать сильнейшим российским и иностранным игроком за время вашего пребывания в России?

— Это очень сложный вопрос. Но назову Аршавина и Данни. Это игроки, которые всегда делали разницу на поле. Ну хорошо, еще Вагнер Лав.

— Учитывая, что вы не раз говорили, что «Зенит» занимает особое место в вашем сердце, радуют ли вас успехи сине-бело-голубых?

— Успехи «Зенита» радуют, но я не думаю, что это хорошо для российского футбола. Хотя это все равно не тот уровень доминирования, как, например, в Сербии, где у «Црвены Звезды» вообще нет конкурентов. В России «Зениту» все же угрожают другие клубы, которые могут до самого конца претендовать на золото. Однако, думаю, что в этом сезоне ничего не изменится и «Зенит» снова станет чемпионом. По крайней мере я надеюсь, что «Зенит» еще пару лет будет неприкасаем (смеется).

— Вы упомянули про отъезд легионеров, который сказался на игре многих клубов. Но, с другой стороны, в России теперь играет очень много футболистов из бывшей Югославии. Это временное явление или уже закономерность?

— Думаю, игроков из бывшей Югославии будет только больше. Когда я приехал в Россию, наибольшее количество легионеров было из балканских стран: Сербии, Боснии, Хорватии… Сейчас игроки из этого региона снова в тренде. Это связано не только с нынешней ситуацией, но и с успехами сборных. И это радует.

У нас всегда были качественные игроки и тренеры, так что, надеюсь, и я однажды вернусь в Россию, но уже в качестве тренера. Сейчас я в штабе одного из лучших сербских тренеров, Ненада Лалатовича, который также играл на постсоветском пространстве. Я в России, он на Украине. У нас нет языкового барьера, поэтому у нас есть большое желание вернуться.

— Не могу не коснуться темы отстранения российских команд и сборной от международных соревнований. Йован Танасиевич в интервью Metaratings.ru, например, сравнил санкции против России с отстранением сборной Югославии в 1992 году перед чемпионатом Европы. Не слишком ли лицемерным стало выражение «спорт вне политики»?

— Сложно это комментировать. Конечно, все происходящее негативно сказывается на российском футболе. Мне, как человеку, который очень любит Россию, жаль, что клубы и сборная отстранены. Поэтому я надеюсь, что скоро все вернется на круги своя. Нельзя винить спортсменов в политической ситуации. Ждем и надеемся на то, что российские спортсмены вернутся туда, где им и место – в еврокубки, на чемпионаты мира и Европы, на Олимпиаду.

— А как оцениваете шансы сборной Сербии на чемпионате мира? Группа почти такая же, что и четыре года назад: Бразилия, Швейцария, ещё Камерун.

— У этой сборной Сербии нет предела. Ребята отлично играют под руководством Драгана Стойковича, который первым после Радомира Антича вернул веру в сборную. Что мы можем сделать на чемпионате мира? Все, что захотим. Как минимум выйдем из группы. У этой команды есть командный дух. Надеемся, что они продолжат выступать на том же уровне, а мы, болельщики, можем лишь пожелать игрокам удачи.

Тест0 вопросов0 минут
Квиз: как хорошо вы помните легионеров в чемпионатах России?
Комментарии
Нет комментариев. Будьте первым!

Девушки в спорте