Рунет выбирает

Алексей Олейник: Уайт — красавец! Он был тем двигателем, который это запустил. Большое интервью после UFC 249

Алексей Олейник: Уайт — красавец! Он был тем двигателем, который это запустил. Большое интервью после UFC 249

На турнире UFC 249, который прошел в американском Джексонвилле при пустых трибунах, российский боец Алексей Олейник одержал победу по очкам над бразильским бойцом Фабрисиу Вердумом. Победа, скорее всего, позволит 42-летнему тяжеловесу войти в топ-10 бойцов UFC в тяжелом весе.

С Metaratings Олейник эксклюзивно поговорил менее чем через сутки после боя. О крутизне Дэны Уайта, поединке при пустых трибунах, поддержке семьи и планах на будущее.

О запомнившихся моментах и эмоциях после боя

– Куда сейчас направляетесь?

– Я живу сейчас во Флориде, снимаю дом в Майами, а бой был в Джексонвилле. Это расстояние примерно в 550 километров. Вот я их в данный момент и преодолеваю. Туда приехал на машине и сейчас на машине возвращаюсь обратно.

– А почему машина, а не самолет?

– Ну 500 километров всего, и я не видел большого смысла лететь на самолете, хотя мне предлагали. Но аэропорт, ожидание, регистрация, посадка, плюс лететь 30-40 минут. И обратно аналогично. Я очень люблю путешествовать и в принципе спокойно проехался. Поэтому 5-6 часов в дороге, и все нормально.

– Эмоции от боя уже несколько улеглись?

– Я конечно доволен. Я выполнил работу. Работа закончилась, все вышло и так далее. Эмоции может быть уже улеглись, чувствую себя неплохо до сих пор.

– Как здоровье после такого серьезного поединка?

– Спасибо, слава богу, все нормально! Значительных травм вроде бы нет, но через пару дней будет более понятно. Треснуло ребро, но это уже традиционно. У меня перед боем с Грином было три ребра сломано. Я выходил на бой со сломанными ребрами. И с Оверимом у меня было два ребра сломано. То есть я ломаю ребра 10-15 раз в год просто на тренировках, на спаррингах и так далее. Хотя они вроде бы крепенькие, но почему-то ломаются. Я думаю не выдерживают нагрузок. И еще сечка. В принципе я считаю, что это достаточно небольшая плата за такой достойный бой.

– Вы так спокойно об этом говорите. Действительно итоги выполненной работы…

– Слушайте, это нормально. Мы же бойцы, и я всю жизнь этим занимаюсь. Я на каждой тренировке что-то делаю. Это нормальная работа. У нас же не бесконтактный вид спорта, а контактный, когда нужно такого же как ты, мощного, сильного, дерзкого, иногда агрессивного заставить сдаться, быть лучше, чтобы он проиграл. То есть это сражение двух накаченных тел, двух характеров, двух разумов.

  – Когда вы отпустили этот бой в эмоциональном плане? Кажется, что уже отпустили… 

– Это как чайник. Закипел, выплескивает, выплескивает, и сейчас потихоньку бурление и стрельба пузырьками уже закончились, но все еще очень горячо. Естественно с каждым днем оно будет охлаждаться и охлаждаться. Поэтому через недельку-две буду полностью спокоен. Это не так просто –за сутки все забыть, отпустить, и все в прошлом. Нужно какое-то время на остывание.

– Вы интересуетесь, как здоровье у соперника?

– Ну сейчас не интересовался, но если бы у него было все плохо, то я бы переживал, волновался. Если бы его увезли в реанимацию или у него было что-то сломано... Но насколько я знаю, у него все нормально. Он ушел сам, спокойно. Говорят, у него была маленькая сечка. Все, на этом мой интерес к Вердуму закончился.

– Самый запоминающийся момент боя с положительной стороны и с отрицательной?

– Чтобы совсем ярко сейчас ничего не вспоминается. Был момент, но по большей части психологический, когда в третьем раунде подустал реально и спросил у моих секундантов, сколько осталось времени. И мне нужно было рассчитать точно, сколько мне хватит, взорваться или не взорваться. Вот это то, что я запомнил из плохого. А из хорошего – я выполнил то, что и хотел. Например, я сделал пару бэкфистов (удар рукой с разворота – прим. Metaratings), а также прямой удар в корпус ногой. Я видел, что мой соперник после этого был ошеломлен. В принципе, есть куда работать еще, есть, что развивать. Апперкоты неплохо проходили. Чуть-чуть себя корю, так как в первом раунде можно было развить, потому что Вердум плавал несколько раз, и можно было постараться добить и завершить досрочно. Но я очень четко помнил бой с Оверимом, когда я весь выложился в первом раунде и спустя четыре минуты меня не было, я еле стоял на ногах. Нокаута не было, просто сильный толчок, и я упал от обессиливания. И здесь я тоже боялся остаться без сил в первом раунде. Когда я сделал это один раз с Оверимом, то я могу это себе объяснить. А второй раз это было бы непростительно.

– Сейчас не сожалеете, что это было не досрочное завершение боя?

– Нет. Значит все должно было так быть. Вердум – одна из легенд единоборств. Это не человек, который появился год-два назад в мире спорта, не какой-то яркий фейерверк, которые, как правило, очень быстро исчезают. Это реально заслуженный человек, пахарь, труженик, который последние 10-15 лет был в топах. Был чемпионом UFC, убирал сильнейших бойцов, которым не было равных. Когда он убрал Федора и когда он убрал Веласкеса! То есть ребят, которые были в супер-кондициях и состоянии, форме. И я сам считал, что против Федора у него не должно быть особых шансов. И как весь мир после этого был поражен. И с Веласкесом, который крутейший борец и в стойке вырубает кого хочешь, побеждает за счет мощи. А Вердум выходит и спокойно его убирает. Поэтому его списывать нельзя ни в коем случае.

– Как вы относитесь к мнению людей, которые говорят, что Вердум старый, на спаде и поэтому вы его победили?

– Ну правильно, он старый, а Олейник очень молодой. И я воспользовался своим преимуществом в возрасте (смеется). Ну, ребят, попробуйте кто-нибудь с ним побороться или в стойке постоять. Это человек, который спокойно стоит по 3-5 раундов. У него очень конкурентный бой был с Оверимом в стойке. Очень опасный боец, очень сильный. Зачем преуменьшать его заслуги, если он реально крут? Я думаю, что если у него есть дух, воля, то он должен подняться и сделать 2-3 хороших поединка, которые завершатся в его пользу. Теперь я ему этого искренне желаю.

– Показалось, что несколько раз Вердум выходил на достаточно опасные с виду болевые. Они действительно были опасными или в клетке все было не так остро, как со стороны казалось?

– Полсекунды была опасная американа (болевой прием, при котором выкручивается рука в захвате – прим. Metaratings), потому что я ее не ожидал. А все остальное, кимуры (болевой прием, при котором оказывается давление на плечевой сустав противника – прим. Metaratings) и прочее, даже близко не было опасно. Некоторые… Гильотина (плотный захват, с помощью которого оказывается давление на шею соперник – прим. Metaratings), я извиняюсь, я делал специально. Под гильотину – я мог уйти сразу же – повисел в ней 30 секунд, передохнул, при этом, не знаю, снимала камера или нет, но я показывал палец вверх своему секунданту, что все отлично, классно. При этом я слышал, что Вердум задыхается. Это все было предусмотрено.

 – А как вы себя чувствовали в американе?

– Это была доля секунды, когда проворачивалась рука, в один момент он остановился на локте, где выполняется болевой прием, я локоть провернул. Естественно, я переживал, что мастер такого уровня может не дать мне уйти из него. Но ушел, все нормально. Его джиу-джитсу – не лучше моего, как мы вчера увидели. Изначально был настроен на ударную технику, поэтому я так и работал. Наш штаб просчитал, что Фабрисиу будет очень верить в свою ударную технику и не будет верить в ударную технику Алексея Олейника. Так и получилось. Мы хотели сделать так, чтоб это оказалось его ошибкой. Так и получилось.

– Искусственное попадание на прием делается, чтобы показать ему: «Парень, ты заблуждаешься! Переоцениваешь свои возможности?»

– Нет, абсолютно не для этого, чисто технически. Воински. Чтобы победить.

О рейтинге и следующем бое

– Вы занимали 12-ю строчку до этого боя. Понимаете, куда сейчас подниметесь примерно?

– Главное, чтобы не опускался. На самом деле зачем сейчас говорить об этом? Ну поднимусь на 10-ю, 9-ю или 11-ю. Какая разница?

– То есть этот рейтинг не так важен?

– Сейчас не так важен. Если бы я был в тройке-пятерке, и это было бы близко к поясной гонке, то нужно было бы что-то раскладывать и что-то думать. Это было бы интересно. А сейчас зачем говорить? Я, как и многие другие, замечал, что слова – это только слова и без действия они не имеют никакого смысла. Очень многие бойцы приходят с крутыми именами, россияне в том числе. Мол, я в UFC пришел за этим и за этим. Все, будущий чемпион. А потом первый-второй бой и он пролетает. Ну и зачем нужно было говорить вот эти слова перед боем? После боя говори тогда. Ну и мне сейчас зачем об этом говорить? Ну поднимусь. Но самое главное, что мне через месяц 43 года, а я до сих пор в высшей лиге мира, уже подрался с легендами – Хантом, Оверимом, Филиповичем, Вердумом. У меня 70 с лишним боев и я пока не старею. Поэтому постараюсь достойно радовать тех, кто радуется и огорчать тех, кто ждет моих поражений. А так как бог даст.

– Расскажите о своих дальнейших планах?

– Месяц-два отдыха и все. Я почувствую, что отдохнул, силы есть, можем работать дальше. Скажу, ребят, давайте бой! Жду следующий бой и параллельно начинаю к нему готовиться.

– То есть в августе-сентябре мы можем вас увидеть снова?

– Я думаю, что на осень буду готов. Я бы на сентябрь уже планировал бы бой. Или октябрь. А почему бы и нет? Но опять же, человек предполагает, бог – располагает. Сейчас чувствую себя активно, энергии еще много. Я себя прочувствовал на 15-и минутах, увидел какие-то огрехи. Нашел в себе что-то новое. То, что у меня получалось, я смогу сейчас усиливать. То, в чем у меня были огрехи, попробую закрыть. Несмотря на весь мой опыт, они есть. И я их всю жизнь закрываю. Совершенным быть нельзя, но стараться и стремиться к этому можно. И я буду это делать. В том числе, за счет этого я в спорте уже более 20 лет и не дерусь сейчас на каких-то третьесортных промоушенах. Я дерусь в самой крутой лиге мира.

– Четыре месяца – это не мало для восстановления? Тот же Хабиб, например, дерется относительно редко.

– У меня есть рекорд – за 13 месяцев 21 бой профессиональный. Я же не могу ориентироваться на кого-то или на что-то. При чем тут Хабиб? А посмотрите, сколько Серроне дерется. Я могу играть в шахматную игру, раскладывать, какие соперники мне подходят, а какие не очень. Да, в этом случае, у меня было бы меньше поражений. Я бы мог бы выбирать соперников попроще и просто зарабатывать деньги. Но я принимаю вызовы, иду на них и сражаюсь. Зачем мне смотреть на статистику? Я ориентируюсь по себе, а не по кому-то. Я же чувствую, что восстановился, отдохнул, тело готово. И если я готов, то можно работать дальше.

– У вас есть какие-то предпочтения по поводу следующего соперника?

– Нет, абсолютно все равно. Даже интереснее, если кого-то сейчас дадут, кого не я буду просить. Принимаю вызов, и идем дальше.

О Дэне Уайте, пустых трибунах и коронавирусе

– Вы, как и другие бойцы UFC 249, вошли в историю, потому что не каждый день приходится драться в подобных условиях. Как вы воспринимали эту ситуацию?

– Олейник уже более 20 лет входит в историю и делает что-то впервые. Что-то больше всех, что-то дольше всех. Но я это делаю не для статистики или для галочки. Меня так воспитывали, и у меня такой сложившийся характер бойца. Быть нестандартным, быть интересным, идти вперед, сразу ва-банк. Бой – это бой. Ведь всегда было интересно, когда, два воина сражаются.

– Как вы воспринимали бой без зрителей? У вас такое впервые было?

– У меня разные бои были. Я дрался и в ночных клубах или на улице, когда клетку ставили, например, на пляже. Я дрался, когда зал был полностью прокурен. Поэтому не самый плохой вариант сейчас был. Плюс я очень хорошо слышал своих секундантов.

– Вердум контактировал с Соузой, у которого подтвердили коронавирус. Как вы к этому отнеслись? Было волнительно?

– Лично для меня не волнительно. Но я переживал немножко и до сих пор опасения есть, чтобы я не принес это в мою семью. У меня дети, супруга, и я бы не хотел перенести это на них. К тому, что я заболею, у меня такое мужское отношение: я за себя не переживаю, а за родных очень сильно.

– Ваша жена написала очень трогательный пост в инстаграме, назвав вас героем. Что для вас значит поддержка семьи? Согласны с тем, что вы – герой?

– Нет, я не герой. Для меня герой – это что-то сакральное. А поддержкой семьи я очень доволен. Когда-то у меня не было супруги, и первые 10-12 лет я выступал без нее. Тогда у меня были родители, братья-сестра, и основные выражения от них были из серии «Нафига тебе это надо? Тебе голову отобьют». А когда супруга живет со мной, с моими мыслями, переживает, помогает и всячески поддерживает – это очень круто помогает и воодушевляет.

View this post on Instagram

С Победой, мой Герой! MY HERO! Именно так ты у меня записан в телефоне уже много лет ❤️ Подготовка к бою в условиях карантина и пандемии - это тот ещё квест🤦🏼‍♀️😬 Выступление на первом турнире #ufc после объявления пандемии - это испытание! 👍🏼💪🏼 (спасибо всей команде ufc за их работу) Выступление в ДЕНЬ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ - это огромная ответственность! Победа в этот день - это ещё одно доказательство того, насколько наш дух силён и крепок, насколько @alexeyoleynik1 настоящий воин!!! #олейник #юфс #деньпобеды #oleynik #ufc #ufc249 #warrior

A post shared by Татьяна Олейник (@tatyana_oleynik) on

– Какое самое необычное поздравление или отзыв, который получили лично или, может быть, увидели в социальных сетях и СМИ?

– Навскидку, из того, что вы говорите, Эдгард Запашный написал: «Леха, спасибо! Благодаря тебе, я вернул свои 50 тысяч, которые у меня жулики увели, с помощью ставки». Вот это было интересно.

– Всех вчера взбудоражила ваша идея об отдыхе на канвасе между раундами. Вы уже объяснили, почему вы это делали. А если бы зал был полон, антураж был другой, вы бы тоже так делали?

– Абсолютно также. У меня вообще из головы вылетело, есть кто в зале или нет. Было все, как всегда. После боя, да, вспоминал отличия какие-то: на входе и на выходе, обычно, руки все тебе тянут, а тут нет. В остальном – все, как всегда.

Естественно, я не для зрителей все это делал, не для понта какого-то. Я делал, потому что я так придумал, я хотел это попробовать. Мне кажется, этот способ восстановления дыхания чуть лучше, чем когда просто сидишь. Когда сидишь, у тебя руки опущены, плечи наклонены, потому что ты не можешь их держать приподнятыми, и это сильно давит на диафрагму, ты прилагаешь усилия, чтобы дышать. А когда лежишь, у тебя абсолютно ровные легкие, ноги задраны, у тебя кровь стекает, все хорошо снабжается кислородом.

– Были ли какие-то личные слова от Дэны Уайта, как он оценил ваше выступление? И было ли какое-то давление из-за того, что вы единственный представитель России, которого пригласили на турнир? 

– Ну, приглашали всех. Кто захотел поехать, тот поехал. Уайта после турнира я не видел, но уверен, что его слова еще услышу, или мне передадут их. Либо я съезжу в Лас-Вегас, а там уже мы с ним увидимся. Но я уверен, что бой должен быть оценен хорошо. И критиками, и любителями, и фанатами.

– Многие считают Уайта героем, который смог организовать топ-ивент в очень сложных условиях. Что думаете вы?  

– Слушайте, он – красавец! Никто не проводит, никто не может, все сидят и боятся. Кто-то боится лишиться какого-то спонсора, кто-то боится противодействия властей или общественного мнения. Дана Уайт создал это детище много лет назад, развил до того уровня, который мы сейчас видим. И это уровень не один из лучших, а наилучший. Мы сами все это знаем, что UFC – лучший промоушен в данный момент в мире, и Уайт реально за него болеет, переживает. Сейчас было видно, что он слегка изможден и замучен, потратил много сил, вложился в это. Но он красавец! И он перед боями высказал нам всем слова поддержки, мол, ребята – молодцы, я –старался для вас.

И я видел, как все это происходило. В огромнейшем пустом зал работало человек 200-300 персонала. Это охрана, медицинские бригады, вся съемочная бригада, свет, звук для трансляции – огромное количество людей, которым мы дали работу. Гостиница тоже работала только для UFC, и все это транслировалось на миллионы зрителей. Поэтому, я считаю, что это очень-очень круто. И это сделал он. Уайт был тем двигателем или процессором, который это запустил.

– Если не секрет, гонорары были увеличены, учитывая «повышенный коэффициент»? Или нет?

– Нет-нет, все по контракту. Гонорар как у меня, так и у любого бойца по контракту.

– Никаких повышенных коэффициентов? Доплат за коронавирус?

– Нет, никаких доплат за коронавирус.

О Тони Фергюсоне, Петре Яне и бое Гэтжи – Нурмагомедов

– Видели ли что-то из других боев вечера?

– Честно говоря ничего не смотрел. Нескольким моментам удивлен. Слышал, что Нганну выиграл очень быстро, но боя я не видел.

– Бой Фергюсона и Гэтжи тоже не видели?

– Нет, не видел. Но раз Гэтжи выиграл, то молодец, красавец. А Тони немножко расслабился. Мне кажется, что он слишком играл на публику.

– То, что он готовился к Нурмагомедову, а попал на Гэтжи – это важный момент?

– Я уверен, что важный. Если бы я сейчас готовился к Вердуму, а мне дали, например, Дос Сантоса, это сыграло бы огромную роль. То есть готовился бы к борцу, а оказался бы против ударника или наоборот.

– Что вы думаете по поводу боя Гэтжи – Нурмагомедов? Это интересно?

– Ничего не могу сейчас сказать. Я очень мало слежу за нашими бойцами. Только когда они дерутся, то уже в процессе боя я переживаю за них. А интересен любой бой. Плюс защита пояса, титул. В этом плане очень круто и интересно. А кто будет драться за пояс – Петр Ян, Хабиб Нурмагомедов или Саша Волков – это все наши ребята, которые достойно выступают за честь нашей страны.

– То есть вам неважно, кто будет биться против Нурмагомедова – Фергюсон или Гэтжи?

– Я думаю, что психологически, может быть, Фергюсон был бы тяжелее. Очень давно они готовятся к очной встрече, которая уже несколько раз срывалась. А в остальном – в любом случае у Хабиба будет очень известный, достойный претендент. В этом плане интересно.

– Ян очень хотел подраться с Сехудо, но тот принял решение завершить карьеру. Какие бы ощущения испытывали на месте Петра? Была бы обида?

– Уверен, что не было бы обиды и не должно быть. Я уверен, что у него было желание подраться не с Сехудо, а с Сехудо-обладателем пояса. Петр давно стремился к тому, чтобы драться с максимально высоким бойцом и оказаться претендентом. Сейчас он явный претендент и разыграет пояс. То есть сделает то, к чему стремился. Я считаю, что это самое важное. А заберет он пояс у Сехудо или еще кого-то, я думаю, уже вторично.

– Какие у вас дальнейшие планы по поводу карьеры в целом?

– Меня вчера об этом спрашивали ваши коллеги из американского издания. Я ответил, что еще лет 7-10 и буду заканчивать. Так, что ждите. Скоро закончу, немного еще. Может в этом десятилетии, может в следующем.

Рейтинг: 0

29 Мая 2020UFC Fight Night 31 мая. Вудли – Бернс, Чукагян – Шевченко и другие бои ивента 17 Мая 2020Итоги UFC Fight Night 172: Оверим побил Харриса в день 40-летия, Хабиб поздравил Иге с победой над Барбозой16 Мая 2020UFC – это уважение. Дружеские твиты друг другу Тони и Хабиба, подобрел даже Конор15 Мая 2020Как смотреть UFC в России через FightPass16 Мая 2020UFС Fight Night 17 мая. Алистар Оверим – Уолт Харрис. Полный кард, расписание, прогнозы и ставки12 Мая 2020UFC Fight Night 14 мая. Смит против Тейшейры, а Орловский сразится с Линсом10 Мая 2020Фергюсон сенсационно проиграл UFC 249. Говорит, что готовился к Хабибу, но все винят двойную весогонку10 Мая 2020Как Хабиб смотрел UFC 249, что говорят о его бое с Гэтжи, как грустят из-за поражения Тони10 Мая 2020Необычный UFC 249: пустой зал, дезинфекция в октагоне, слышимость ударов и шагов10 Мая 2020Гэтжи разбил Фергюсона, Олейник побил Вердума, Сехудо завершил карьеру. Главные итоги UFC 2499 Мая 2020Боец UFC 249 заразился коронавирусом, Тони опять оскорбил Хабиба. Что происходило перед турниром9 Мая 2020Как появились бои UFC, почему они так популярны и какой к ним интерес в России